– Комиссар шестнадцатого полицейского участка слушает.

– Это вы, Йенсен?

Последний раз Йенсен слышал голос начальника полиции года четыре назад. Встречаться с ним ему приходилось еще реже. Неужели он позвонил, чтобы попрощаться?

– Да.

– Отлично. В течение ближайших минут вы получите письменный приказ. Он должен быть исполнен с максимальной быстротой.

– Понятно.

– Я знал, что могу на вас положиться, Йенсен. Йенсен посмотрел на электрические часы на стене.

– Через восемнадцать минут начинается мой отпуск по болезни,—сказал он в трубку.

– Что? Разве вы больны?

– Да.

– Очень жаль, Йенсен. Надеюсь, вы проинструктируете своего заместителя.

– Да.

– Это дело исключительной важности. Приказ поступил из… В общем, из высочайших кругов.

– Понятно.

Шеф полиции замолчал. Казалось, он не знал, как ему быть. Наконец он выдавил из себя:

– Ну желаю удачи, Йенсен.

– Благодарю вас.

Комиссар Йенсен положил трубку. Голос шефа показался ему испуганным. А может быть, он всегда был таким?

– …менее чем за пять секунд,—снова сказал врач,—Вся кровь, содержащаяся в организме человека…

Йенсен машинально кивнул. Спустя минуту он спросил:

– Куда вы думаете перебраться после того, как участок переведут в другое место?

– Наверно, в Центральное налоговое управление. А вы?– И осекся. Помолчав, он спросил:

– Вы видели здание управления? Йенсен покачал головой.

– Потрясающее сооружение! Напоминает гигантскую тюрьму. Самое большое здание, какое мне когда-либо приходилось видеть. Так вы куда?

Йенсен промолчал.

– Извините,—сказал врач.

– Ничего.

В дверь постучали. В кабинет вошел полицейский в зеленой форме. Вытянувшись в струнку, он протянул комиссару красный конверт. Йенсен расписался на квитанции, и полицейский вышел из комнаты.

– Красный,—сказал врач.—Теперь все засекречено.

Он наклонил голову, стараясь разглядеть, что написано на конверте.